Постигая ЕГЭ: почему обществознание сложнее профильной математики

Стереотип, что ЕГЭ — это угадайка и глупый тест, всё ещё живёт в сознании многих родителей и даже учителей. Однако иногда на экзамене приходится показывать знания на уровне кандидата наук. Наш постоянный блогер, «Учитель года России — 2018» Алихан Динаев, рассказал, какие проблемы он видит в ЕГЭ по обществознанию и почему это один из самых сложных экзаменов.

В это сложно поверить, но ЕГЭ по обществознанию сейчас сложнее экзамена по профильной математике. Почти неограниченный круг вопросов, тексты из кандидатских диссертаций, неоднозначность подходов и оценки — всё это и многое другое превращает самый популярный предмет по выбору на ЕГЭ в непреодолимое препятствие для тысяч выпускников по всей стране. Вы не согласны? Однако есть множество доводов, подтверждающих это!

Только факты

Самый высокий проходной балл по обществознанию — 42 балла. Больше всего выпускников, не преодолевших минимальный порог, тоже по обществознанию. В некоторых регионах не сдал каждый третий и даже каждый второй. Если по другим предметам средние результаты по стране увеличиваются (по профильной математике, например, за год прирост составил 6 баллов, по информатике — 4, а по истории — 2,5 балла), то по обществознанию результаты даже немного снизились. Среди всех предметов только по биологии и физике средний балл немного ниже, чем по обществознанию. Доля высокобалльников по обществознанию — всего 7,8%. Меньше (7,1%) только по профильной математике. Для сравнения: по русскому тех, кто набрал 80 баллов и выше, — 23,5%.

В чём же причины?

Сам предмет чрезвычайно и даже чрезмерно обширен: экономика и право, политология и социология, философия и культурология, даже немного социальной психологии. При этом круг вопросов, требующих изучения в каждой из этих наук, фактически расширяется с каждым годом, хотя формально кодификатор (список тем на ЕГЭ) не меняется уже много лет.

Содержание КИМов, по моему абсолютному убеждению, крайне и искусственно усложнено. Особенное недовольство учеников вызывают формулировки некоторых заданий, которые даже учителя нередко с трудом понимают.

Взгляните на абзац из текста (задания № 21–24), который попался несчастным выпускникам на досрочном ЕГЭ в этом году:

Вы дочитали? Или бросили на середине? Когда мы начали разбирать этот текст с учениками, то работа превратилась в сплошные мучения и стенания:

— А почему текст такой сложный?

— Здесь столько научных слов!

— Я читаю и ничего не понимаю.

— Вроде каждое слово в отдельности понятно, а вместе вообще неясно.

Это абсурдно сложный наукообразный текст, который не только не интересен ученикам, но и вызывает искреннее возмущение и даже отторжение к предмету.

Почувствовав неладное, я решил поискать источник, и подозрения подтвердились. Оказалось, что это отрывок из диссертации на соискание звания кандидата политических наук. Причём соискатель, защитивший эту диссертацию в МГУ, является специалистом по избирательным вопросам и публикуется почти исключительно в специальных научных журналах, посвященных именно электоральным проблемам.

Теперь задумайтесь: на итоговом экзамене, от результата которого во многом зависит судьба юноши или девушки, дают текст кандидатской диссертации, доверху напичканный научными терминами и непонятный большинству взрослых.

Обществознание — бесполезный предмет?

Из уст учителя обществознания, наверное, это звучит дико. Я так, конечно, не считаю, но таково мнение россиян, опрошенных недавно ВЦИОМ. Социологи спрашивали, какой из школьных предметов пригодится детям в будущем. На вершине рейтинга оказались математика и русский язык. В числе явных аутсайдеров — ИЗО, музыка и (вы уже, наверное, догадываетесь) обществознание — 6%! То есть лишь один из 16–17 опрошенных счёл, что это полезный для жизни предмет. Экономику полезной назвали и вовсе 2%, а правоведение — вообще 1%! Эти цифры удивили и возмутили. Это притом что в России крайне низкий уровень правовой и финансовой грамотности.

Я-то как раз всю жизнь был уверен, что именно обществознание — самый практико-ориентированный и применимый в реальной жизни школьный предмет. Да, всяк кулик своё болото хвалит, но дело в том, что обществознание учит детей, какие у них есть права и как их защищать, учит правильно обращаться с деньгами, кредитами, инвестициями, объясняет, как строить бизнес и как его вести, даёт знания о важнейших законах страны, позволяет понять, как работают банки, биржи, деньги и так далее. Список можно продолжать долго. Почему же тогда взрослые и дети называют обществознание (экономику, право, социологию, политологию, психологию) бесполезным предметом?

Уверен, что одна из причин — это то самое пугающее и вызывающее неприязнь наукообразие. Настоящее засилье наукообразия, едва ли не культ гиперболизированного научного стиля, который абсолютно не соответствует ни возрастным, ни психологическим особенностям старшеклассников.

Непредсказуемость

Есть и ещё одна проблема, делающая ЕГЭ по обществознанию очень тяжёлым. Выпускники должны быть готовы к тому, что им могут встретиться задания, которые они никогда не видели. Вообще. Нигде. Ни в одном сборнике. Даже в сборниках от разработчиков ЕГЭ. Такое, наверное, случается только на экзамене по обществознанию. Например, задания № 27 в этом году стали похожи на монстров, состоящих из 4–5 нагромождённых друг на друга вопросов. Ни в одном сборнике подобных заданий не было.

Читайте также

Кто принимает Конституцию РФ? Проверяем, насколько вы готовы к ЕГЭ по обществознанию

Самая нелюбимая «песня» выпускников — это задание № 25, где нужно давать определения. Знать их, конечно, хорошо, но разумно ли спрашивать определения сложных, неоднозначных и далёких от реалий школьной и студенческой жизни терминов, таких как «политический процесс» или «метод научного познания?» Сколько копий было сломано, например, с формулировкой термина «политический процесс», который разные политологи понимают совершенно по-разному, даже говорить не хочется.

Отдельная история — это задания № 24. Это почти лотерея: одним повезёт, и там попадётся что-то знакомое и решаемое, другим не повезёт, и там окажется вопрос, содержание которого требует знаний, выходящих за пределы школьного курса. Например, в этом году почти все выпускники завалили задание № 24, где их просили назвать три способа снижения риска инвестиций в ценные бумаги. Мне как человеку, увлекавшемуся этой темой, в голову сразу пришёл такой ответ: технический анализ, фундаментальный анализ, диверсификация активов, хеджирование рисков, покупка ценных бумаг с гарантированной доходностью. Сколько 17-летних юношей и девушек в стране могут ответить так? Интересно, сколько человек из 100 опрошенных на улице ответили бы на этот вопрос. Один? Возможно, хотя и оптимистично.

Субъективность

Обществознание, если можно так выразиться, слишком гуманитарный предмет. Здесь слишком много разных мнений, подходов и концепций. Это явно прослеживается при оценке работ экспертами. Во время апелляций нередки случаи, когда три эксперта, сидящие в метре друг от друга, дают три совершенно разных ответа на один и тот же вопрос, смотря на одну и ту же ситуацию с совершенно противоположных сторон.

У меня нет статистики, но рискну предположить, что больше всего апелляций подают именно по обществознанию.

Ту же субъективность можно увидеть и в критериях. Камнем преткновения для тысяч выпускников в нашем регионе в этом году стал план (задание № 28) на тему «Человек на рынке труда». Некоторые написали план из десяти пунктов, рассказали о видах рынков и безработицы, способах борьбы с ней, участниках рынка труда, указали, что на этом рынке есть спрос и предложение, а в итоге получили ноль. Почему? Потому что в критериях были эти пункты, но составители сочли их «необязательными», а вот неочевидные моменты (от чего зависит зарплата, например) стали «обязательными».

После этого я взял план на эту тему из специального сборника с планами, а также нашёл вариант ответа на «Решу.ЕГЭ» и убедился, что ни тот, ни другой максимального балла не получил бы…

Для одной статьи проблем слишком много.